27 марта 2017, 15:35



Известный оперный и эстрадный певец, художник, композитор и поэт Мурад Диванаев отметил 80-летний юбилей

25.06.2016

Мурад Диванаев – человек неординарный и щедро одаренный природой. Достаточно упомянуть, что ему - известному оперному и эстрадному певцу 80-летний юбилей отметили в Управлении художественных выставок, так как он - член Союза художников Туркменистана. На своей персональной выставке Мурад Диванаев представил 130 фотографий, живописных и графических работ. Торжественные поздравления юбиляру незаметно превратились в ретро-концерт. Песню «Необыкновенные глаза», на многие годы ставшую визитной карточкой Мурада Диванаева, колоритно исполнили Гульнара Нурыева и Мурат Байрамгельдыев. Сам же юбиляр, проникнувшись творческо-дружеской атмосферой, исполнил песню Дангатара Овезова и Сахи Джепбарова «Кейпим кёк». Он не просто спел её своим роскошным диванаевским басом, а представил мини-спектакль и, как много лет назад, получил от слушателей шквал аплодисментов.


Выставленные работы – это портреты музыкантов и художников, входящих в широкий круг друзей Мурада Диванаева: одноклассник и верный спутник по творческой жизни - Мурад Садыков, братья - художники Аман и Чары Амангельдыевы, народная артистка СССР Медениет Шахбердыева, основатели туркменской классической музыки Дангатар Овезов, Ашир Кулиев и Вели Мухатов, легендарный бахши Сахи Джепбаров, композитор Нуры Халмамедов, певица Роза Тураева… Подолгу задерживались посетители у карандашного рисунка «Рука гитариста», на котором изображена рука рано ушедшего талантливого музыканта Ислама Бабаева.

А вместе с портретами известных людей натюрморты с растрепавшимися хризантемами, застенчиво прислонившимися друг к другу в дорогой хрустальной вазе, или раскатившиеся по столу розовобокие яблоки. В картинах, выполненных Диванаевым в пастозной манере письма, чувствуется густая «ковровая» цветовая гамма, свидетельствующая о принадлежности художника к туркменской школе живописи. И сразу возникает вопрос: «А где же он учился этому?».


Но как стало известно из беседы с юбиляром, он с детства мечтал вовсе не о профессии певца или художника, ему хотелось стать журналистом, писателем, поэтом. В десятилетнем возрасте в Геоктепинском детском доме он прочёл рассказ Льва Толстого «Кавказский пленник». Мир книг оказался настолько увлекательным, что мальчик проводил в библиотеке почти все время. Читал много – стихи, современную прозу и классику. А когда переехал к брату и стал учащимся ашхабадской средней школы №6, самостоятельно выпускал классную стенгазету – писал стихи, заметки и отлично иллюстрировал.

- Благодаря Мураду Садыкову и мне наша школа во всех конкурсах художественной самодеятельности занимала первые места, - рассказывает Мурад Диванаев. - Помню, как на очередном смотре я выступил с песней «Широка страна моя родная». Успех был впечатляющим.


Однажды в школе состоялась творческая встреча с певцами Театра оперы и балета. Их выступления сменила школьная самодеятельность. Я исполнил песню Поля Робсона «Спи, мой бэби». После моего выступления Ростислав Лопаткин, Мухтар Масумов и Мая Кулиева посоветовали мне всерьёз учиться пению.

- Если тебе суждено стать журналистом или певцом, ты все равно им станешь, а пока поступай в сельскохозяйственный институт, - сказал мне брат, в доме которого я воспитывался. – Подавая документы на агрономический факультет, я подчинился чрезмерно строгой для меня воле старшего брата. Но, к счастью, по завершении первого курса Министерство культуры направило меня на учёбу в Московскую консерваторию им. П.И. Чайковского. Московский климат мне не подошел, и спустя два года я был вынужден продолжить обучение в Бакинской консерватории.


В туркменских операх басовые партии исполняли азербайджанские певцы-баритоны Мухтар Масумов, Сулейман Мамедов, Курбан Резаев. С моим приходом в Театр оперы и балета эти партии перешли ко мне. Наиболее любимые мои работы – партии из опер «Севильский цирюльник» Россини и «Шасенем и Гариб» Дангатара Овезова и Адриана Шапошникова, «Кемине и казы» Вели Мухатова и Адриана Шапошникова.

В 60-е годы прошлого столетия начали появляться первые эстрадные группы. С открытием эстрадно-симфонического оркестра под руководством Курбана Кулиева я стал работать с этим коллективом. Моими партнёршами по сцене были певицы Рима Розыева и Гульджан Хуммедова. Я издал два сборника песен: «Дивана гельды» и «Песня старого артиста», куда вошли романсы и песни на стихи Махтумкули, Караджаоглана, Пушкина, Ивана Бунина, а также собственного сочинения (и слова, и музыка).


И все равно времени между репетициями и выступлениями оставалось слишком много. А без дела я сидеть не умею. Увлечение стихами, музыкой и фотографией было для меня недостаточно. Еще в Москве я приобрел книгу «Анатомия человека. Пособие для художника» и заполнял паузы учебой по рисованию. Штудирование методических пособий я совмещал с практическими занятиями в мастерской своих друзей-учителей Амана и Чары Амангельдыевых. Так я стал художником.

«Бог в искусствах мне дал одаренности, Я купаюсь в лучах озаренности…» - эти строчки из стихотворения Мурада Диванаева как нельзя лучше раскрывают его творческую сущность. Он планирует издать сборник стихов, даже придумал ему название – «Школа оптимизма». Отрывки из будущего сборника представлены на одном из стендов выставки.


Сегодня маэстро занимается педагогической деятельностью. Дает уроки вокала учащимся Ашхабадской школы искусств №3.

- Мурад Оразович – замечательный педагог, - говорит о нем одна из учениц Сахра Байрыева. – Он владеет итальянской методикой певческого дыхания, по которой обучает и нас.

Мурад Оразович владелец уникальной коллекции фотопортретов видных деятелей туркменской культуры. За многие годы он собрал архив ценных снимков певцов, танцовщиков балета, артистов, музыкантов. Зная об этой увлеченности, ему приносят старые афиши и снимки творческих личностей, многих из которых уже нет с нами. В его квартире фотографии занимают много места, но это поистине исторические документы. К примеру, фотография Сона Мурадовой - исполнительницы в первой туркменской опере «Гюль и Бильбиль», премьера которой состоялась в 1941 году, или снимок либреттиста Караджа Бурунова, мастеров балета Мурата Ахундова и Лидии Кондюковой, фотографии основателей туркменской оперы Адриана Шапошникова и Юлия Мейтуса… И Мурад Оразович уверен – они обязательно будут востребованы в будущем.


«Бог в искусствах мне дал одаренности», - говорит о себе Мурад Диванаев, и с этим не поспоришь. О таких, как он говорят, талантливый человек талантлив во всем. Мы желаем юбиляру новых творческих открытий и надеемся, что через пять лет он вновь удивит нас своим многогранным дарованием.

Тамара ГЛАЗУНОВА,
фото Александра КРАВЦОВА