Анализ античных и средневековых источников показывает, что у туркмен были очень развиты дипломатические ритуалы. Туркменские правители всегда придавали особое значение тому, чтобы авторитет государства поддерживался соответствующим церемониалом.
Ритуал приема в раннем средневековье обычно состоял из следующих частей - встреча посла, аудиенция и праздничное угощение, обмен дипломатическими посланиями и дарами и т.п.
Иностранных послов следовало встречать на границе государства. К примеру, когда китайский император У - ди (140-87 гг. до н.э.) отправил послов в царство Арсакидов, то парфянский царь приказал своему военачальнику во главе двадцатитысячного отряда конницы встретить их на границе. В сочинении великого везиря туркмен-сельджуков Низам ал-Мулька «Сыясат-нама» (XI в.) специально указывается на недопустимость пренебрежения дипломатическим этикетом. Невыполнение этой процедуры свидетельствовало о плохом состоянии государственных дел.
В самые древние времена на территорию современного Туркменистана прибывали послы от царей Персии, Греции, Рима и Китая. Путешествия были сопряжены с большими опасностями, поэтому крупные посольства состояли из многих сотен человек. Уже тогда были отработаны ритуалы приема. Интересные обряды, связанные с религиозными представлениями, передают нам источники. Китайские авторы свидетельствуют о том, что после прибытия в ставку гуннского правителя иноземный посол должен был пройти обряд очищения, дабы не сглазить верховного хана.
Первое посольство от византийского императора во главе со стратегом Земархом Киликийцем, прибывшее в 568 г. в ставку огузо-туркменского хана Истеми, также подверглось очистительному обряду.
Любопытные сведения о ханском приеме оставил византиец Менандр. Он свидетельствовал: «...Они обедали, и весь тот день провели в пировании в том шатре. Он был сделан из шелковых тканей, искусно испещренных разными красками. На другой день они (византийцы) были переведены в другую кущу, обитую и испещренную также шелковыми покровами. Здесь стояли и кумиры (идолы), различные видом. Дизавул (Истеми - хан) сидел на ложе, которое было все из золота. На середине этого помещения были золотые сосуды, и кропильницы и бочки тоже золотые. Они опять пировали, поговорили... о чем было нужно, и разошлись. В следующий день они пришли в другую комнату, где были столбы деревянные, покрытые золотом, также и ложе вызолоченное, поддерживаемое четырьмя золотыми павлинами. Перед комнатой на большом пространстве в длину были расставлены телеги, на которых было множество серебра, блюда и корзины и многие изображения четвероногих, сделанные из серебра, ничем не уступающие тем, которые делают у нас. В этом состоит роскошь тюркского хана».
В ставке хана послы всегда занимали лучшие помещения и устраивали угощение в честь хозяев. Время аудиенции зависело от ранга посольства и важности миссии. О прибытии того или иного посольства сообщалось заблаговременно.
К встрече иноземных дипломатов готовились тщательно. Эта подготовка была направлена на демонстрацию богатства, величия и мощи ханов. Послы, следуя в шатер хана, проходили между рядами повозок, на которых выставлялись изделия из драгоценных камней и металлов, меха, оружие и т.д.
В отдельных случаях туркменские ханы выстраивали перед послами свои войска.
Послы великих иноземных держав могли воочию убедиться в силе туркменских ханств. Отголосок этого обычая мы встречаем в эпосе «Огуз -нама»: «Когда Огуз узнал об их (послов франков. - О.Г.) прибытии, он выстроил свои войска по полкам, при полном вооружении и выслал их в пустыню им навстречу».
В тех туркменских государствах, которые располагались в степях, прием послов происходил в огромной юрте, поражающей гостей роскошью.
Обычно великий хан восседал на троне, расположенном у противоположной входу стены, лицом на восток. За троном стояли телохранители. По правую руку от трона рассаживались ближайшие родственники хана, по левую - военачальники и иноземные представители. Количество туркменских вельмож, участвовавших в процессе переговоров, было велико.
Посол входил в юрту после приглашения. Он приветствовал хана и преклонял колена. Кланялись послы и перед каждым ответом на вопрос туркменского государя. Эти элементы соблюдались неукоснительно.
Приветственные церемонии сопровождались вручением дипломатических даров хану и его приближенным. После подношения подарков послы приступали к своей основной миссии - вручению официальных посланий. Пока читались бумаги, послы должны были стоять. И лишь после отправления государственных дел хан разрешал сесть послам в указанное им место и повелевал вносить угощение. Музыканты начинали играть. Все усаживались за большой дастархан, и начинался пир.
Послы задерживались в ставке хана до окончательного разрешения всех вопросов. На прощальной аудиенции хан вручал подарки лично послу и их государю (одному из дипломатов хан Шаболио пожаловал табун в тысячу лошадей). Военные отряды сопровождали послов до самых границ государства. Надо отметить и тот факт, что все расходы на содержание посольства брал на себя лично хан.
Туркмены свято чтили международное право о неприкосновенности личности посла, как бы дерзко он себя ни вел. В «Огуз-нама» говорится: «По их (огузов) обычаям и правилам они не трогали людей, прибывающих к ним в качестве посланцев».
До сегодняшних дней дошли отчеты европейских послов о турк¬менских государствах. Зачастую эти отчеты являются единственными историческими источниками.
Оживленными были дипломатические связи Туркмено-Османской империи с могущественными государствами мира. До XVI в. в Стамбуле практически не было иностранных представительств; говорится лишь о кратковременных визитах зарубежных дипломатов в перерывах между войнами. Только Венецианская республика имела постоянную резиденцию байло (человека высшего круга).
Но с XVI в. военные операции туркмен-османов все более уравновешиваются дипломатическими баталиями. В Стамбул стали прибывать послы Франции, Венгрии, Хорватии, Германии, Турк¬мен -Сефевидов, Индии и т.д. Ученые османские мужи подготовили специальную «Книгу законов и регламентаций» («Канун-нама»), где отражались не чисто мусульманские, а, скорее всего, туркменские традиции государственности. Был разработан и дворцовый церемониал, ритуал приема послов.
До середины XVII в. дипломатия туркмен-османов носила односторонний характер. Стамбул постоянно принимал иностранные миссии, но в ответ не посылал своих дипломатов. На протяжении веков такая система оправдывала себя. Но постепенно османы избавлялись от односторонней изоляции. В 1669 г. было учреждено Главное управление драгомана Порты, равнявшееся по рангу министерству иностранных дел. По мере развития отношений с европейскими странами работа министерства становилась все более напряженной: обсуждение приемов и встречи с иностранными дипломатами, перевод на приемах, ведение переписки, ознакомление с новостями из-за рубежа, подготовка обзоров и т.д. Вопросами внешних связей в государстве ведал реис-эфенди (заведующий канцелярией султана), советником которого был драгоман.
Дипломатические ритуалы туркмен имели глубоко самобытные формы и древнюю историю. Развитый церемониал у предков туркмен говорит о том, что дипломатия была важнейшим специальным институтом, свидетельствуя о мощи и величии туркменских государств.
Ритуал приема в раннем средневековье обычно состоял из следующих частей - встреча посла, аудиенция и праздничное угощение, обмен дипломатическими посланиями и дарами и т.п.
Иностранных послов следовало встречать на границе государства. К примеру, когда китайский император У - ди (140-87 гг. до н.э.) отправил послов в царство Арсакидов, то парфянский царь приказал своему военачальнику во главе двадцатитысячного отряда конницы встретить их на границе. В сочинении великого везиря туркмен-сельджуков Низам ал-Мулька «Сыясат-нама» (XI в.) специально указывается на недопустимость пренебрежения дипломатическим этикетом. Невыполнение этой процедуры свидетельствовало о плохом состоянии государственных дел.
В самые древние времена на территорию современного Туркменистана прибывали послы от царей Персии, Греции, Рима и Китая. Путешествия были сопряжены с большими опасностями, поэтому крупные посольства состояли из многих сотен человек. Уже тогда были отработаны ритуалы приема. Интересные обряды, связанные с религиозными представлениями, передают нам источники. Китайские авторы свидетельствуют о том, что после прибытия в ставку гуннского правителя иноземный посол должен был пройти обряд очищения, дабы не сглазить верховного хана.
Первое посольство от византийского императора во главе со стратегом Земархом Киликийцем, прибывшее в 568 г. в ставку огузо-туркменского хана Истеми, также подверглось очистительному обряду.
Любопытные сведения о ханском приеме оставил византиец Менандр. Он свидетельствовал: «...Они обедали, и весь тот день провели в пировании в том шатре. Он был сделан из шелковых тканей, искусно испещренных разными красками. На другой день они (византийцы) были переведены в другую кущу, обитую и испещренную также шелковыми покровами. Здесь стояли и кумиры (идолы), различные видом. Дизавул (Истеми - хан) сидел на ложе, которое было все из золота. На середине этого помещения были золотые сосуды, и кропильницы и бочки тоже золотые. Они опять пировали, поговорили... о чем было нужно, и разошлись. В следующий день они пришли в другую комнату, где были столбы деревянные, покрытые золотом, также и ложе вызолоченное, поддерживаемое четырьмя золотыми павлинами. Перед комнатой на большом пространстве в длину были расставлены телеги, на которых было множество серебра, блюда и корзины и многие изображения четвероногих, сделанные из серебра, ничем не уступающие тем, которые делают у нас. В этом состоит роскошь тюркского хана».
В ставке хана послы всегда занимали лучшие помещения и устраивали угощение в честь хозяев. Время аудиенции зависело от ранга посольства и важности миссии. О прибытии того или иного посольства сообщалось заблаговременно.
К встрече иноземных дипломатов готовились тщательно. Эта подготовка была направлена на демонстрацию богатства, величия и мощи ханов. Послы, следуя в шатер хана, проходили между рядами повозок, на которых выставлялись изделия из драгоценных камней и металлов, меха, оружие и т.д.
В отдельных случаях туркменские ханы выстраивали перед послами свои войска.
Послы великих иноземных держав могли воочию убедиться в силе туркменских ханств. Отголосок этого обычая мы встречаем в эпосе «Огуз -нама»: «Когда Огуз узнал об их (послов франков. - О.Г.) прибытии, он выстроил свои войска по полкам, при полном вооружении и выслал их в пустыню им навстречу».
В тех туркменских государствах, которые располагались в степях, прием послов происходил в огромной юрте, поражающей гостей роскошью.
Обычно великий хан восседал на троне, расположенном у противоположной входу стены, лицом на восток. За троном стояли телохранители. По правую руку от трона рассаживались ближайшие родственники хана, по левую - военачальники и иноземные представители. Количество туркменских вельмож, участвовавших в процессе переговоров, было велико.
Посол входил в юрту после приглашения. Он приветствовал хана и преклонял колена. Кланялись послы и перед каждым ответом на вопрос туркменского государя. Эти элементы соблюдались неукоснительно.
Приветственные церемонии сопровождались вручением дипломатических даров хану и его приближенным. После подношения подарков послы приступали к своей основной миссии - вручению официальных посланий. Пока читались бумаги, послы должны были стоять. И лишь после отправления государственных дел хан разрешал сесть послам в указанное им место и повелевал вносить угощение. Музыканты начинали играть. Все усаживались за большой дастархан, и начинался пир.
Послы задерживались в ставке хана до окончательного разрешения всех вопросов. На прощальной аудиенции хан вручал подарки лично послу и их государю (одному из дипломатов хан Шаболио пожаловал табун в тысячу лошадей). Военные отряды сопровождали послов до самых границ государства. Надо отметить и тот факт, что все расходы на содержание посольства брал на себя лично хан.
Туркмены свято чтили международное право о неприкосновенности личности посла, как бы дерзко он себя ни вел. В «Огуз-нама» говорится: «По их (огузов) обычаям и правилам они не трогали людей, прибывающих к ним в качестве посланцев».
До сегодняшних дней дошли отчеты европейских послов о турк¬менских государствах. Зачастую эти отчеты являются единственными историческими источниками.
Оживленными были дипломатические связи Туркмено-Османской империи с могущественными государствами мира. До XVI в. в Стамбуле практически не было иностранных представительств; говорится лишь о кратковременных визитах зарубежных дипломатов в перерывах между войнами. Только Венецианская республика имела постоянную резиденцию байло (человека высшего круга).
Но с XVI в. военные операции туркмен-османов все более уравновешиваются дипломатическими баталиями. В Стамбул стали прибывать послы Франции, Венгрии, Хорватии, Германии, Турк¬мен -Сефевидов, Индии и т.д. Ученые османские мужи подготовили специальную «Книгу законов и регламентаций» («Канун-нама»), где отражались не чисто мусульманские, а, скорее всего, туркменские традиции государственности. Был разработан и дворцовый церемониал, ритуал приема послов.
До середины XVII в. дипломатия туркмен-османов носила односторонний характер. Стамбул постоянно принимал иностранные миссии, но в ответ не посылал своих дипломатов. На протяжении веков такая система оправдывала себя. Но постепенно османы избавлялись от односторонней изоляции. В 1669 г. было учреждено Главное управление драгомана Порты, равнявшееся по рангу министерству иностранных дел. По мере развития отношений с европейскими странами работа министерства становилась все более напряженной: обсуждение приемов и встречи с иностранными дипломатами, перевод на приемах, ведение переписки, ознакомление с новостями из-за рубежа, подготовка обзоров и т.д. Вопросами внешних связей в государстве ведал реис-эфенди (заведующий канцелярией султана), советником которого был драгоман.
Дипломатические ритуалы туркмен имели глубоко самобытные формы и древнюю историю. Развитый церемониал у предков туркмен говорит о том, что дипломатия была важнейшим специальным институтом, свидетельствуя о мощи и величии туркменских государств.
