Аман Агаджиков создал столько музыкальных произведений, что их вполне хватило бы на несколько композиторов, так говорят о нем коллеги. Маэстро, который в этом году отметил свое 75-летие, – автор более 750 песен и романсов, его перу, помимо того, принадлежат многие симфонические произведения, музыка к художественным и документальным кинофильмам, хореографии, три оперы, три музыкальные комедии, поэмы, кантаты, оратории и т.д. и т.д.


…Небольшого роста, подчеркнуто сдержанный и в то же время элегантный. Что-то даже в его облике говорит: он - не просто композитор, он - Композитор с большой буквы.

- Аман Агаджикович, к вам рано пришла известность, можно ли считать точкой отсчета вашей творческой биографии успех дипломной работы - оперы «Сона»?

- Не совсем так. К тому времени мною были написаны две сюиты, две вариации для фортепиано. Я был лично знаком с замечательными поэтами Гара Сейтлиевым, Ата Атаджановым, Аннаберды Агабаевым, Керимом Курбаннепесовым, Ташли Курбановым, Курбанназаром Эзизовым. На многие стихотворения этих поэтов я написал музыку, и они стали песнями и романсами.

Аман Агаджикович достал из портфеля несколько старых черно-белых фотографий, ставших сегодня уже историческими. Вот он в компании с Курбанназаром Эзизовым, Гара Сейтлиевым, а вот с Нуры Халмамедовым: все - молодые, одухотворенные, талантливые.

- Написать музыку к опере «Сона» предложил мне народный артист СССР Алты Карлиев. Кстати, автором либретто был он сам, режиссером-постановщиком - Мяликгулы Кепбанов, дирижером – Хыдыр Аллануров, а первой исполнительницей партии Сона - ныне Герой Туркменистана Мая Кулиева. С таким созвездием талантов успех был предопределен.

Для композитора оперный жанр – вершина творчества, а так как опера «Сона» была у меня первой оперой, от ее успеха я, студент Московской государственной консерватории им. П.И.Чайковского, был несказанно счастлив.

- Традиционный вопрос: как вы пришли в мир музыки?

- Как это ни странно звучит, меня привел к ней совершенно невероятный случай. В детстве я тяжело заболел и так сильно ослаб от недуга, что, опасаясь за мою жизнь, кто-то из соседей дал совет моим родителям прибегнуть к народному способу лечения музыкой бахши. Отец и мать, видя мои страдания, использовали любую возможность, лишь бы вылечить меня. Приглашенный в дом бахши долго пел у моего изголовья, и болезнь действительно отступила, но тут произошло еще одно чудо - ее место заняла страсть к музыке.

Музыка как будто поселилась во мне. Любое состояние души, перемены настроения и по сей день сопровождаются в моем сознании рождением той или иной мелодии. Спустя много лет после выздоровления, мне удалось побывать в Индии, и я случайно узнал, что в индийском народе многие болезни лечатся музыкой. Так что возможно эти два факта, произошедшие в детстве, ничем не связаны между собой, но мне все же так не кажется.

- Конечно же, первым вашим музыкальным инструментом был дутар?

- Безусловно. Я подбирал на нем мелодии известных народных песен, пробовал сочинять сам. Однако чувствовал, что мне не хватает профессионального учителя. Все осложнялось тем, что ни в семье, где я родился, ни в моем роду, ни даже в близком мне окружении музыкантов не было. Я обратился в Дом дайханина, где, как слышал, обучают музыке. Там я попал на репетицию ансамбля народных инструментов, руководил которым Григорий Маркович Аракелян. Несмотря на мой юный возраст, меня приняли очень радушно. Щеголевато одетый дутарист Шамурат Курбаннепесов показал, как надо правильно ставить кисть, а виртуозный гиджакист Пурли Сарыев, внимательно рассмотрев мои руки, посоветовал играть на гиджаке. Но долгого сотрудничества с ансамблем не сложилось.

Впервые я переступил порог Детской музыкальной школы, спустя несколько лет, когда Ашхабад частично залечил свои раны после разрушительного землетрясения, и школа из Красноводска (Туркменбаши) возвратилась в столицу. К тому времени мне уже исполнилось 13 лет, и на фоне других поступающих - 6-7-летних мальчиков и девочек - я выглядел контрастно. Сыграв на дутаре, я почувствовал, что произвел на членов приемной комиссии очень хорошее впечатление. Меня приняли, но зачислили не в класс дутара, а в класс виолончели.

И, тем не менее, попав, наконец, в свою стихию, я буквально «набросился» на изучение азов музыкальной грамоты, и, наверстывая упущенное время, за три года окончил семилетний курс обучения. А затем поступил в музыкальное училище. Во время учебы я приносил преподавателям и однокурсникам небольшие произведения собственного сочинения. По-видимому, благодаря этому, меня направили от училища на учебу по классу композиции в Московскую государственную консерваторию им.П.И.Чайковского.

- Вы обучались вместе с Нуры Халмамедовым. Кто был вашим наставником?

- На третьем курсе мне с Нуры Халмамедовым посчастливилось заниматься у одного педагога - Анатолия Николаевича Александрова. Кстати, профессор Александров был учеником известного композитора Сергея Танеева, который в свою очередь был учеником Петра Ильича Чайковского. Вот и получается (здесь Аман Агаджикович улыбнулся с хитрым прищуром), что мы с Нуры Халмамедовым – ученики самого Чайковского в третьем поколении!

Профессор Александров был довольно пожилым человеком, поэтому охотно проводил занятия на дому. Зная, как нелегко живется приезжим студентам, он не упускал случая пригласить нас на обед. Его любимая фраза: «Учиться на композитора могут сотни человек, но композиторами становятся лишь единицы».

- Как слушатель принял две других ваши оперы «Тревожная ночь» и «Саятхан»?

- Очень хорошо. Кстати, буквально на днях я встретился с народной артисткой Туркменистана Розой Тураевой, которая исполняла в опере «Тревожная ночь» главную партию. И мы прониклись с ней ностальгическими воспоминаниями о наиболее удачных фрагментах оперы.

- По свидетельству многих специалистов, пик вашего песенного творчества - популярнейшая песня «Айлы агшам» («Лунный вечер»). До сих пор туркменские вокалисты, участвуя в зарубежных конкурсах, исполняют эту песню и завоевывают призовые места.

- Я очень рад, что сопричастен успеху туркменских певцов в достойном представлении музыкального искусства нашей страны. К примеру, мне приятно было узнать, что с этой песней туркменская студентка класса вокала Киевской музыкальной академии Лейли Окдирова, выступая на конкурсе в Самарканде (Узбекистан) и фестивале «Голос Азии» (Казахстан), получила медаль и приз зрительских симпатий.

- А сейчас над чем вы работаете?

- Над оперой «Юсуп и Зулейха» по мотивам произведения Андалиба. Отважная Зулейха в поисках своего суженого проявляет завидную решительность, находчивость, и наперекор всем препятствиям становится женой Юсупа. Передать в музыке образ неординарной восточной героини, подчеркнуть музыкой ее шарм – для меня чрезвычайно интересная авторская задача.