Ее дом утопает в цветах. С подоконников, со столов глядят всевозможные бегонии, фикусы, гибискусы и циперусы. В этих своеобразных джунглях, раскинувшихся в ашхабадской квартире, живет и работает замечательная художница Тамара Михайловна Киселева. В национальном изобразительном искусстве она больше полувека, и за все это время главными героями ее холстов оставались любимые цветы.


Рисовать Тамара любила всегда и всегда ухаживала за цветами. Будучи совсем маленькой девочкой, она чувствовала в каждом цветке трепещущее живое существо, которое, как ей казалось, очень нуждалось в ее защите. Из-за любви к прекрасному созданию природы она стала вольнослушателем в Туркменском сельскохозяйственном институте и параллельно начала учиться в художественном училище имени Ш.Руставели в Ашхабаде.



Творчество все же пересилило, и Тамара Киселева без сожаления оставила институт и с головой погрузилась в живопись. Даже когда после распределения она преподавала детям рисование в школе, старалась превращались уроки в маленькие экскурсии в близлежащий парк, где «красота лежала под ногами». Разноцветные горки осенних листьев превращались в мини-холсты разной конфигурации, на которых дети рисовали орнаменты, удивляющие самого педагога. Да и сами ребята затихали, когда приходили в парк на урок рисования. Тамара Михайловна учила их слушать природу, видеть и чувствовать красоту каждого дерева, листа, цветка.



Тамара Михайловна испробовала почти все виды художественных техник - линогравюру, плакатную форму изображения, масло, графику. Но из всех она предпочла одну из самых сложных - акварель. Поправки здесь невозможны, значит надо всегда помнить, что белый лист бумаги не просто поверхность, а источник света, и лишний слой полупрозрачной краски может погасить его, убить яркость и чистоту цвета, и положить мазок точно на свое место, почти не пользуясь подготовительным рисунком. Нужно уметь наклоном и нажимом кисти придать мазку или потоку краски правильную форму и направление...


Сюжеты для своих работ художница черпала из своей жизни, из того, что окружало ее, волновало, радовало. Но основу ее персональной коллекции составляли, конечно, цветы. Она писала их на рассвете, в полдень, под вечер, в день хмурый и солнечный, ветреный и тихий... В ее композициях цветы живут, буквально чувствуешь, как они «растут», как по сочным стеблям струятся земные соки, от которых раскрываются лепестки цветков и выпрямляются листья.

Прозрачные ирисы, гордые нарциссы, красавцы - тюльпаны, белые звезды хризантем, огненные маки, высокомерные розы, скромные домашние фиалки - все и не перечислишь, кажется, что на своей цветоносной палитре мастер живописной гармонии смешивает не краски - белую, красную, синюю, своей кистью она переносит на холст самую сущность модели, свет и воздух. Эти картины незамысловаты и доступны пониманию каждого зрителя, их сила в выразительности очевидной красоты, они пленяют искренностью и правдой. Но есть у цветов Киселевой одна особенность - они удивительно музыкальны. Смотришь, к примеру, на ее цветущий гранат и слышишь такты вальса...

«Когда-то в доме не хватало места, чтобы разместить мои акварельные цветы, - говорит художница, - но потом я много работ раздарила, и оказалось, что теперь, пожалуй, и показать нечего». Когда Тамара Михайловна говорит об этом, она немножко лукавит, потому что ее замечательные цветы, написанные маслом и акварелью, украшают не только музеи Туркменистана, но интерьеры многих домов, офисов, отелей, ни одна художественная выставка не обходится без ее картин, где каждый может увидеть и даже услышать музыку цветов.

Определенная доля ее творчества отдана натюрмортам, написанным маслом. Главное в этих работах художницы - поэтизация мира вещей, окружающих человека. «Герои» ее натюрмортов - будь то старинный туркменский халат, искусно вышитый народной умелицей прошлого века, или румяная лепешка чурека, или златолобая дыня - всегда очень значительны, даже по - своему «портретны».