28 марта 2017, 09:24



Сельджукские узоры в мягкой архитектуре ковра

16.11.2014

С незапамятных времен кочевники пользовались тканями с ковровыми узорами для устройства стен своего подвижного жилища - юрты, кибитки, палатки. Привычка видеть ковровые орнаменты на покрытиях юрты помогла перенести эти текстильные мотивы на глиняные или кирпичные стены монументальных сооружений. Перенос этот совершался не механически, путем простого копирования. Мастера-строители, отлично знакомые со свойствами новых материалов, учитывая различные масштабы поверхностей, умели приспособить текстильную орнаментику к свойствам твердой материи и к художественным задачам обработки архитектурного сооружения. От первоисточника - текстильного узора были сохранены лишь его плоскостной характер и основные приемы, композиции узора.

В 1905 году в турецком городе Конья, бывшим когда-то столицей Сельджукской империи, в мечети Ала ад-дина исследователями были найдены несколько ковриков. Изучив методику их производства, рисунок, определили дату изготовления - XII век. Эта находка вызвала большой резонанс в научном мире. В настоящее время эти коврики находятся в музее Мевлана в Конье. Многие старинные ковры дошли до нашего времени благодаря обычаю жертвовать ковры мечетям, и те немногие фрагменты ковров эпохи Сельджуков, которые сохранились до наших дней, представляют собой прекрасные образцы тканого искусства.


Великая Сельджукская империя… В ее пору процветали поэзия, наука, искусство, строительство. Славу искусству этого периода принесла и архитектура: мечети, дворцы, медресе с богато украшенными фасадами узорной кирпичной кладки, отделанными поливной керамикой и инкрустацией. Вместе с архитектурой развивались связанные с ней отрасли декоративного искусства: резьба по камню, дереву, художественные изделия из металла. Украшая своды куполов, мастера не могли быть вполне удовлетворены привычными линиями узора. Им хотелось внести новую струю в архитектурный декор, и тогда они заимствовали украшения из ковровых узоров. Как ковровщицы, узелок за узелком создавали тканые шедевры, так и древние зодчие безошибочно укладывали кирпичи в орнамент, подобный ковровому.

«И строители-декораторы, и ковровщицы мастерски соединяли конструктивную основу и функциональность с изумительной отделкой, тончайшей орнаментацией. Сам процесс кладки кирпичей можно образно сравнить с плетением ковровых узлов – так – ряд за рядом – растут два рукотворных чуда – дворец и ковер…», – пишет в книге «Живая легенда» Президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов.


В узорах, сохранившихся на стенах мавзолея сельджукского Султана Санджара в Мерве, построенного в 1154-1156 годах, присутствуют отголоски древних ковровых рисунков той эпохи. Вверх возносилась, сияя голубыми изразцами, полусфера купола, который украшала система элементов, образующих красивую звездообразную фигуру, а гладкие стены покрывала роспись. Полное совпадение многих орнаментальных мотивов туркменских тканых ковров с кирпичными узорами на стенах сельджукских сооружений говорит о некой концепции, сформировавшей стереотипы внешнего оформления зданий с переносом привычных традиционных приемов декора в иной материал, вплоть до буквального цитирования тканевых, ворсовых узоров. Поэтому многообразные орнаментальные мотивы этого жанра в туркменском декоративно-прикладном искусстве можно рассматривать как один из традиционных видов архитектурного орнамента, употреблявшегося в рамках сельджукского стиля.

Насколько можно судить по сохранившимся ковровым фрагментам, хранящимся в Конье, сельджукские образцы имели общее с туркменскими – в технике, колорите и, отчасти, в характере узора, преимущественно геометризованного. Все они сотканы из шерсти в две нити с использованием белого утка, по 36-50 узелков на квадратный дюйм. Материалом для изготовления ковров служила козья или овечья шерсть, которую красили в несколько цветов, чаще всего желтый, красный и синий. Каждый ковер имел свой цвет, который выступает своего рода символом. К примеру, красный – богатство, желтый противостоит неудачам, синий – величие и благородство. Благодаря применению красок растительного происхождения, очень стойких и прочных, сохранившиеся образцы изделий до сих пор поражают ярким колоритом и с течением времени не утратили былой яркости.


В нашем музее большое значение придается изучению истории национального ковроткачества, воссозданию древних мотивов и методик производства. Нас заинтересовал фрагмент почти целого ковра из мечети Ала ад-дина в Конье. Колорит ковра построен на смелом сочетании пятен карминно-красного и темно-синего. На общем темно-синем фоне, обрамленном выразительным бордюром, ритмично чередуются голубые медальоны различной формы, заполненные тонкой вязью растительных мотивов. В медальонах один и тот же цветочный мотив повторяется и образовывает тем самым целую панель, что создает эффект выложенной глазурованной плиткой поверхности.

Ковровое полотно с рисунком сельджукского ковра было воссоздано современными туркменскими ковровщицами в новых условиях. Преподаватель кафедры прикладного искусства Академии художеств Туркменистана Алтын Мухаммедова скопировала рисунок оригинала, произвела расчет орнамента, подобрала нужного цвета шерсть, а ковровщицы музея Энегуль Алланурова и Аннанабат Дурдыева осуществили этот замысел. Хитросплетение новшества и древности дало блестящий результат. Теперь сельджукский ковер в новом исполнении стал украшением нашего музея. А мастерицы, создавшие современный ковровый шедевр, в канун праздника 23-й годовщины независимости нашей страны стали лауреатами конкурса «Türkmeniň Altyn asyry».


В декоративном убранстве ковра затейливые узоры аналогичны тем, какими древние мастера украшали здания. Ковер украшен рисунками в форме звезд и розеток, что напоминает орнамент на куполе мавзолея. Несомненно, что благодаря приемам узорной росписи, как в архитектуре, так и в ковровой технике, зритель все время находится под эмоциональным воздействием декоративного оформления как ковра, так и здания. В них звучит эхо былых времен, и если задуматься о жизни величественных сооружений и ковров, мы поймем, что душа у них одна, и она бессмертна.

Аджап БАЙРИЕВА,
Национальный музей туркменского ковра