Ковер как исторический документ

Туркменский ковер – национальный бренд нашей страны, получивший всемирное признание и ставший уникальным вкладом туркмен в сокровищницу человеческой цивилизации. И если легендарная долговечность и тонкость, орнаментальная и цветовая гармония делают его ценным предметом интерьера, то философская насыщенность и художественное изящество превращают рукотворные полотна в произведение высокого искусства. Но ковры – это еще и исторические документы, которые аккумулируют многовековую информацию по этнографии и традиционной культуре туркменского народа. Человеку, умеющему читать орнаментальный рисунок, они многое могут рассказать о своих создателях. Туркменские ковры не только завораживают своим самобытным орнаментом, они рассказывают о конкретных исторических событиях в жизни народа. К таким относится ковровое полотно под названием «Конный пробег», посвященное легендарному переходу «Ашхабад – Москва», совершенному в 1935 году туркменскими наездниками на скакунах ахалтекинской и йомудской пород.

Это сравнительно небольшое по размеру (331 х 202 см), но уникальное по своей художественной и исторической ценности полотно было соткано в 1937 году на ашхабадской ковровой фабрике и теперь хранится во Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства в Москве. Судьба этого ковра, его сюжет и связанные с ним события не имеют исторических аналогов. Сложнейший маршрут конного пробега протяженностью 4300 километров, включавший в себя 350-километровый бросок через пустыню, стал в предвоенное время испытанием выносливости и надежности туркменских скакунов, ведь кавалерия тогда считалась важной боевой силой.


30 туркменских всадников на конях преодолели расстояние за 84 дня, оставив позади Каракумы, Усть-Урт, Поволжские степи. Как писали газеты тех лет, «строптивая природа, казалось, напрягла всю свою злую изобретательность, придумывая все новые трудные препятствия на их пути. Она оставляла их надолго без воды, они шли под ливнями и палящими лучами солнца, их кони увязали в песках по колено. Природа испытывала стойкость людей и выносливость коней». В правительственных документах и сообщениях прессы тех лет конный переход тридцати туркменских всадников из Ашхабада в Москву называли «беспримерным во всемирной истории» героическим подвигом. В конце пути их ждал восторженный прием. По воспоминаниям очевидцев «многотысячная и многоголосая Москва, лентой вытянувшись вдоль улиц, ждала дорогих гостей с цветами в руках у ворот домов, на тротуарах, в окнах и даже на крышах; Москва бросала цветы к копытам туркменского коня, покрывшего себя славой невиданного перехода».

Посвященный этому легендарному событию ковер потрясает и завораживает своей красотой и исторической подлинностью, сочетанием тысячелетних традиций и новаторства туркменского искусства ковроткачества. В нем совершенно новое для туркменского ковроделия сюжетное изображение центрального поля деликатно соединено с традиционными мотивами в каймовом обрамлении. На ковровом шедевре, повествующем об историческом пробеге, узнаваемы реальные персонажи, достоверно, почти документально изображены их снаряжение, экипировка и ландшафт, через который пролегал маршрут конного перехода. Передать выражения лиц всадников, красоту природы, придать живость и определенную индивидуальность изображениям коней мастерицам помогла очень высокая плотность вязки узлов (4800 – 5000 узлов на 1 квадратный дециметр), чрезвычайно короткая высота ворса (2 – 2,5 мм) и более 50 цветов и оттенков. При этом участники пробега изображены в движении, что совсем непросто в технике ворсового ковроткачества. Но туркменским ковровщицам удалось достичь как портретного сходства всадников, так и передать различные масти и даже особенности экстерьера их коней.


Через несколько лет после создания рукотворное полотно «Конный пробег» было представлено на Нью-Йоркской международной выставке, и только десятки лет спустя сотрудники Всероссийского музея декоративно-прикладного и народного искусства познакомили широкую публику с этим уникальным туркменским ковром. В прошлом году в течение месяца он был единственным экспонатом необычной выставки в Москве, для которой был выделен отдельный зал, где на телевизионных экранах демонстрировались хроникальные киноленты и фотоснимки из далеких тридцатых годов прошлого века. Ощутить дыхание событий давно минувших лет позволило и появление настоящего ахалтекинского скакуна во дворе старинной городской московской усадьбы XVIII века, в которой сегодня и расположен музей. Будто сошедший с коврового полотна гнедой жеребец поразил собравшихся величием природного совершенства, став живым символом непревзойденного таланта народа, бережно сохранившего и развившего эту уникальную чистокровную породу «небесных коней».

Ахалтекинцы и сегодня нередко украшают ковровые произведения туркменских мастеров. В наши дни на ковровых панно можно также увидеть и родные пейзажи, и лики времени, в котором мы живем. Под дружный стук дараков на нити неизменной основы традиций наши талантливые ковровщицы вяжут узлы, повествуя о новой исторической эпохе.